Все стихи андрея белого на одной странице: список стихотворений белого

Ответы@Mail.Ru: Подскажите какой стих легче выучить у Андрея Белого и А. Блока

Демиург Мудрец (14510) 3 года назадОдно из моих любимых у Блока—-В час, когда пьянеют нарциссы,И театр в закатном огне,В полутень последней кулисыКто-то ходит вздыхать обо мне…

Арлекин, забывший о роли?Ты, моя тихоокая лань?Ветерок, приносящий с поляДуновений легкую дань?Я, паяц, у блестящей рампыВозникаю в открытый люк.Это — бездна смотрит сквозь лампыНенасытно-жадный паук.И, пока пьянеют нарциссы,Я кривляюсь, крутясь и звеня…Но в тени последней кулисыКто-то плачет, жалея меня.

Нежный друг с голубым туманом,Убаюкан качелью снов.Сиротливо приникший к ранамЛегкоперстный запах цветов.

26 мая 1904. С. Шахматова

Станок Мыслитель (9606) 3 года назадУходит лето, в сумерках дома,Прозрачней воздух, запахи острееИ время, будь-то движется быстрее,Еще чуть-чуть и вот она — зима.Уходит лето, пестрая вуальОсенних листьев землю укрываетИ счастлив тот, кто это понимает,А кто не знает, тех немного жаль.И грустно пусть, но на душе светлоИ облака куда-то уплывают,И льют дождинки, будь -то понимают,Оплакивая вешнее тепло.Уходит лето, но еще грозаСверкает и грохочет где-тоИ еле слышно падают словаВ пустой колодец, высохший за лето.И ускользают тени и лучи,И образы неясны и туманны.Все объяснения новые твоиПонятны мне, но вовсе не желанны.Но что же делать нам с тобой теперь,Уходит лето, будь то понимает,Наряд зеленый на цветной меняет

Совсем не плотно прикрывая дверь.

Источник: Белов

Elena Vorobyeva Гений (78317) 3 года назадА. БлокДевушка пела в церковном хореО всех усталых в чужом краю,О всех кораблях, ушедших в море,О всех, забывших радость свою.Так пел ее голос, летящий в купол,И луч сиял на белом плече,И каждый из мрака смотрел и слушал,Как белое платье пело в луче.И всем казалось, что радость будет,Что в тихой заводи все корабли,Что на чужбине усталые людиСветлую жизнь себе обрели.И голос был сладок, и луч был тонок,И только высоко, у Царских Врат,Причастный Тайнам, – плакал ребенокО том, что никто не придет назад.С А. Белым сложнее. Посмотрите это стихотворение.СолнцеАндрей БелыйСолнцем сердце зажжено.Солнце — к вечному стремительность.Солнце — вечное окнов золотую ослепительность.Роза в золоте кудрей.Роза нежно колыхается.В розах золото лучейкрасным жаром разливается.В сердце бедном много зласожжено и перемолото.Наши души — зеркала,

отражающие золото.

АК-47 Гений (76295) 3 года назадРаздолбаям вроде тебя надо чтото покороче и позапоминающееся .”Ночь улица фонарь аптека” у Блока из таких вне конуренции .У Белого что нить покороче и послезливее Итак предлагаю следующие : ))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))Ночь, улица, фонарь, аптека,Бессмысленный и тусклый свет.Живи еще хоть четверть века -Все будет так. Исхода нет.Умрешь – начнешь опять сначалаИ повторится все, как встарь:Ночь, ледяная рябь канала,Аптека, улица, фонарь.)))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))) Жди меняДалекая, родная, -Жди меня…Далекая, родная:Буду – я…Твои глаза мне станутДве звезды.Тебе в тумане глянут -Две звезды.Мы в дали отстояний -Поглядим;И дали отстояний -Станут: дым.Меж нами, вспыхнувшими, -Лепет лет…Меж нами, вспыхнувшими,

Светит свет.

Источник: https://otvet.mail.ru/question/183292231

Андрей Белый

Андрей Белый (настоящее имя Бори́с Никола́евич Буга́ев; 14 (26) октября 1880 год, Москва, Российская империя — 8 января 1934, Москва, РСФСР, СССР) — русский писатель, поэт, критик, стиховед; один из ведущих деятелей русского символизма.

Родился в семье профессора Николая Васильевича Бугаева, известного математика и философа, и его жены Александры Дмитриевны, урождённой Егоровой. До двадцати шести лет жил в самом центре Москвы, на Арбате; в квартире, где он провёл детские и юношеские годы, в настоящее время действует мемориальная квартира. В 1891—1899 гг.

учился в знаменитой гимназии Л. И. Поливанова, где в последних классах увлёкся буддизмом, оккультизмом, одновременно изучая литературу. Особое влияние на Бориса оказывали тогда Достоевский, Ибсен, Ницше. В 1895 г.

сблизился с Сергеем Соловьёвым и его родителями — Михаилом Сергеевичем и Ольгой Михайловной, а вскоре и с братом Михаила Сергеевича — философом Владимиром Соловьёвым.

В 1899 году поступил на физико-математический факультет Московского университета (естественное отделение). В студенческие годы знакомится со «старшими символистами».

С юношеских лет пытался соединить художественно-мистические настроения с позитивизмом, со стремлением к точным наукам.

В университете он работает по зоологии беспозвоночных, изучает Дарвина, химию, но не пропускает ни одного номера «Мира искусства».

Осенью 1903 года вокруг Андрея Белого организовался литературный кружок, получивший название «Аргонавты».

В нашем кружке не было общего, отштампованного мировоззрения, не было догм: от сих пор до сих пор соединялись в исканиях, а не в достижениях, и потому многие среди нас оказывались в кризисе своего вчерашнего дня и в кризисе мировоззрения, казавшегося устарелым; мы приветствовали его в потугах на рождение новых мыслей и новых установок, — вспоминал Андрей Белый.

В 1904 году «аргонавты» собирались на квартире у Астрова. На одном из заседаний кружка было предложено издать литературно-философский сборник под названием «Свободная совесть», и в 1906 году вышли две книги этого сборника.

В 1903 году Белый вступил в переписку с А. А. Блоком, в 1904 году состоялось личное знакомство.

До этого, в 1903 году он с отличием окончил университет, но осенью 1904 года поступил на историко-филологический факультет университета, выбрав руководителем Б. А.

 Фохта; однако в 1905 году прекратил посещать занятия, в 1906 году подал прошение об отчислении и стал сотрудничать в «Весах» (1904—1909).

Белый больше двух лет жил за рубежом, где создал два сборника стихов, которые были посвящены Блоку и Менделеевой. Вернувшись в Россию, в апреле 1909 года поэт сблизился с Асей Тургеневой (1890—1966) и вместе с ней в 1911 году совершил ряд путешествий через Сицилию — Тунис — Египет — Палестину (описано в «Путевых заметках»).

В 1912 в Берлине он познакомился с Рудольфом Штейнером, стал его учеником и без оглядки отдался своему ученичеству и антропософии. Фактически отойдя от прежнего круга писателей, работал над прозаическими произведениями. Когда разразилась война 1914 года, Штейнер со своими учениками, в том числе и с Андреем Белым, перебрались в Дорнах, Швейцария.

Читайте также:  Лариса рубальская - стихи о возрасте, старости: читать красивые стихотворения поэтов классиков

Там началось строительство Иоанова здания — Гётеанума. Этот храм строился собственными руками учеников и последователей Штейнера. 23 марта 1914 года в швейцарском городе Берне был заключен гражданский брак Анны Алексеевны Тургеневой с Борисом Николаевичем Бугаевым. В 1916 году Б. Н.

 Бугаев был призван на военную службу и кружным путём через Францию, Англию, Норвегию и Швецию прибыл в Россию. Ася с ним не последовала.

После Октябрьской революции он вёл занятия по теории поэзии и прозы в московском Пролеткульте среди молодых пролетарских писателей. С конца 1919 г. Белый думал об отъезде за границу, чтобы вернуться к жене в Дорнах.

Но выпустили его только в начале сентября 1921 г. Он встретился с Асей, которая предложила ему разойтись навсегда.

По стихам того времени, по его поведению («христопляски Белого», по выражению Марины Цветаевой) можно почувствовать, что он очень тяжело переживал это расставание.

Ася решила навсегда расстаться с мужем и осталась жить в Дорнахе, посвятив себя служению делу Рудольфа Штейнера. Её называли «антропософской монахиней». Будучи талантливой художницей, Ася сумела сохранить особый стиль иллюстраций, которыми пополнились все антропософские издания.

Её «Воспоминания об Андрее Белом», «Воспоминания о Рудольфе Штейнере и строительстве первого Гётеанума» открывают нам подробности их знакомства с антропософией, Рудольфом Штейнером и многими известными талантливыми людьми Серебряного века. Белый остался совершенно один. Он посвятил Асе большое количество стихов.

Её образ можно узнать в Кате из «Серебряного голубя».

В октябре 1923 года Белый вернулся в Москву; Ася навсегда осталась в прошлом. Но в его жизни появилась женщина, которой суждено было провести с ним последние годы. Клавдия Николаевна Васильева (урожд. Алексеева; 1886—1970) стала последней подругой Белого, к которой он не испытывал любовных чувств, однако держался за неё, словно за спасительницу.

Тихая, покорная, заботливая Клодя, как называл её писатель, стала 18 июля 1931 года супругой Белого. До этого они с марта 1925 по апрель 1931 года снимают две комнаты в Кучине под Москвой. Писатель умер у неё на руках от инсульта, ставшего последствием солнечного удара, 8 января 1934 года в Москве.

Любовь Дмитриевна Менделеева пережила бывшего возлюбленного на пять лет.

Литературный дебют — «Симфония (2-я, драматическая)» (М., 1902). За ней последовали «Северная симфония (1-я, героическая)» (1904), «Возврат» (1905), «Кубок метелей» (1908) в индивидуальном жанре лирической ритмизованной прозы с характерными мистическими мотивами и гротескным восприятием действительности.

Войдя в круг символистов, участвовал в журналах «Мир искусства», «Новый путь», «Весы», «Золотое руно», «Перевал». Ранний сборник стихов «Золото в лазури» (1904) отличается формальным экспериментаторством и характерными символистскими мотивами.

После возвращения из-за границы выпустил сборники стихов «Пепел» (1909; трагедия деревенской Руси), «Урна» (1909), роман «Серебряный голубь» (1909; отд. изд. 1910), очерки «Трагедия творчества. Достоевский и Толстой» (1911).

Итоги собственной литературно-критической деятельности, отчасти символизма в целом, подведены в сборниках статей «Символизм» (1910; включает также стиховедческие работы), «Луг зелёный» (1910; включает критические и полемические статьи, очерки о русских и зарубежных писателях), «Арабески» (1911). В 1914—1915 вышла первая редакция романа «Петербург», который является второй частью трилогии «Восток или Запад». В романе «Петербург» (1913—1914; переработанная сокращённая редакция 1922) символизированное исатирическое изображение российской государственности. Первый в задуманной серии автобиографических романов — «Котик Летаев» (1914—1915, отд. изд. 1922); серия продолжена романом «Крещёный китаец» (1921; отд. изд. 1927). В 1915 пишет исследование «Рудольф Штейнер и Гёте в мировоззрении современности» (М., 1917)

Понимание Первой мировой войны как проявления общего кризиса западной цивилизации отражено в цикле «На перевале» («I. Кризис жизни», 1918; «II. Кризис мысли», 1918; «III. Кризис культуры», 1918).

Восприятие животворной стихии революции как спасительного выхода из этого кризиса — в очерке «Революция и культура» (1917), поэме «Христос воскрес» (1918), сборнике стихов «Звезда» (1922). Также в 1922 году в Берлине публикует «звуковую поэму» «Глоссолалия», где, опираясь на учение Р.

https://www.youtube.com/watch?v=_jb2OL8116U

Штейнера и метод сравнительно-исторического языкознания, разрабатывает тему создания вселенной из звуков.

По возвращении в Советскую Россию (1923) создаёт романную дилогию «Москва» («Московский чудак», «Москва под ударом»; 1926), роман «Маски» («1932»), пишет мемуары — «Воспоминания о Блоке» (1922—1923) и мемуарную трилогию «На рубеже двух столетий» (1930), «Начало века» (1933), «Между двух революций» (1934), теоретико-литературные исследования «Ритм как диалектика и „Медный всадник“» (1929) и «Мастерство Гоголя» (1934).

Романы

  • ««Серебряный голубь. Повесть в 7-ми главах»» (М.: Скорпион, 1910; тираж 1000 экз.); изд. Пашуканиса, 1917; изд. “Эпоха”, 1922
  • «Петербург» (в 1-м и 2-м сб. «Сирин» (СПб., 1913; тираж – по 8100 экз.), окончание в 3-м сб. «Сирин» (СПб., 1914; тираж 8100 экз.; отдельное издание ([Пг.], 1916; тираж 6000 экз.); переработанная в 1922 версия – ч. 1, 2. М.: Никитинские субботники, 1928; тираж 5000 экз.); Берлин, “Эпоха”, 1923
  • «Котик летаев» (1915; изд. – Пб.: Эпоха, 1922; тираж 5000 экз.).)
  • «Крещеный китаец» (как «Преступление Николая Летаева» в 4-м вып. альм. «Записки мечтателей» (1921); отд. изд., М.: Никитинские субботники, 1927; тираж 5000 экз.)
  • «Московский чудак» (М.: Круг, 1926; тираж 4000 экз.), также 2 изд. – М.: Никитинские субботники, 1927
  • «Москва под ударом» (М.: Круг, 1926; тираж 4000 экз.), также 2 изд. – М.: Никитинские субботники, 1927
  • «Маски. Роман» (М.; Л.: ГИХЛ; 1932; тираж 5000 экз.), вышли в свет в январе 1933

Поэзия

  • «Золото в лазури» (М.: Скорпион, 1904), сборник стихов
  • «Пепел.Стихи» (СПб.: Шиповник, 1909; тираж 1000 экз.; изд. 2-е, перер. – М.: Никитинские субботники, 1929; тираж 3000 экз.)
  • «Урна. Стихотворения» (М.: Гриф, 1909; тираж 1200 экз.)
  • «Христос воскрес. Поэма» (Пб.: Алконост, 1918; тираж 3000 экз.), вышла в апреле 1919
  • «Первое свидание. Поэма» (1918; отд. изд. – Пб.: Алконост, 1921; тираж 3000 экз.; Берлин, “Слово”, 1922)
  • «Звезда. Новые стихи» (М.: Альциона, 1919; П., ГИЗ, 1922)
  • «Королевна и рыцари. Сказки» (Пб.: Алконост, 1919)
  • «Звезда. Новые стихи» (Пб.: Государственное изд-во, 1922; тираж 5000 экз.).
  • “После Разлуки”, Берлин, “Эпоха”, 1922
  • «Глоссолалия. Поэма о звуке» (Берлин: Эпоха, 1922)
  • «Стихи о России» (Берлин: Эпоха, 1922)
  • Стихотворения (Берлин, изд. Гржебина, 1923)
Читайте также:  Саша черный - стихи для детей: читать детские стихотворения саши черного - произведения, поэзия

Документальная проза

  • «Путевые заметки» (2 тома) (1911)
  1. «Офейра. Путевые заметки, ч. 1». (М.: Книгоиздательство писателей в Москве, 1921; тираж 3000 экз.)
  2. «Путевые заметки, т. 1. Сицилия и Тунис» (М.; Берлин: Геликон, 1922)
  • «Воспоминания о Блоке» (Эпопея. Литературный ежемесячник под ред. А.Белого. М.; Берлин: Геликон. № 1 — апрель, № 2 — сентябрь, № 3 — декабрь; №4 — июнь1923)
  • «На рубеже двух столетий» (М.; Л.: Земля и фабрика, 1930; тираж 5000 экз.)
  • «Начало века» (М.; Л.: ГИХЛ, 1933; тираж 5000 экз.).
  • «Между двух революций» (Л.,1935)

Статьи

  • «Символизм. Книга статей» (М.: Мусагет, 1910; тираж 1000 экз.)
  • «Луг зеленый. Книга статей» (М.: Альциона, 1910; тираж 1200 экз.)
  • «Арабески. Книга статей» (М.: Мусагет, 1911; тираж 1000 экз.)
  • “Трагедия творчества”. М., “Мусагет”, 1911
  • «Рудольф Штейнер и Гёте в мировоззрении современности» (1915)
  • «Революция и культура» (М.: Изд-во Г. А Лемана и С. И. Сахарова, 1917), брошюра
  • «Ритм и смысл» (1917)
  • «О ритмическом жесте» (1917)
  • «На перевале. I. Кризис жизни» (Пб.: Алконост, 1918)
  • «На перевале. II. Кризис мысли» (Пб.: Алконост, 1918), вышла в январе 1919
  • «На перевале. III. Кризис культуры» (Пб.: Алконост, 1920)
  • “Сирин ученого варварства”. Берлин, “Скифы”, 1922
  • «О смысле познания» (Пб.: Эпоха, 1922; тираж 3000 экз.)
  • «Поэзия слова» (Пб.: Эпоха, 1922; тираж 3000 экз.)
  • «Ветер с Кавказа. Впечатления» (М.: Федерация, Круг, 1928; тираж 4000 экз.).
  • «Ритм как диалектика и “Медный всадник”. Исследование» (М.: Федерация, 1929; тираж 3000 экз.)
  • «Мастерство Гоголя. Исследование» (М.-Л.: ГИХЛ, 1934; тираж 5000 экз.), вышло посмертно в апреле 1934

Разное

  • «Трагедия творчества. Достоевский и Толстой» (М.: Мусагет, 1911; тираж 1000 экз.), брошюра
  • «Симфонии»
  1. Северная симфония (героическая) (1900; издано – М.: Скорпион, 1904)
  2. Симфония (драматическая) (М.

    : Скорпион, 1902)

  3. Возврат. III симфония (М.: Гриф, 1905. Берлин, “Огоньки”, 1922)
  4. Кубок метелей. Четвертая симфония» (М.: Скорпион, 1908; тираж 1000 экз.).
  • «Одна из обителей царства теней» (Л.: Государственное изд-во, 1924; тираж 5000 экз.), очерк

Издания

  • Андрей Белый Петербург. — Типография М. М. Стасюлевича, 1916.
  • Андрей Белый На перевале. — Алконост, 1918.
  • Андрей Белый Одна из обителей царства теней. — Л.: Ленинградский Гублит, 1925.
  • Андрей Белый Петербург. — М.: «Художественная литература, 1978.
  • Андрей Белый Избранная проза. — М.: Сов. Россия, 1988. —
  • Андрей Белый Москва / Сост., вступ. ст. и примеч. С. И. Тиминой. — М.: Сов. Россия, 1990. — 768 с. — 300 000 экз. 
  • Андрей Белый Крещеный китаец. — «Панорама», 1988. — 
  • Белый А. Символизм как миропонимание. — М.: Республика, 1994. — 528 с.
  • Андрей Белый Собрание сочинений в 6 томах. — М.: Терра — Книжный клуб, 2003—2005.
  • Андрей Белый Мастерство Гоголя. Исследование. — Книжный Клуб Книговек, 2011. —
  • Белый А. Стихотворения и поэмы / Вступ. статья и сост. Т. Ю. Хмельницкой; Подгот. текста и примеч. Н. Б. Банк и Н. Г. Захаренко. — 2-е издание. — М., Л.: Сов. писатель, 1966. — 656 с. — (Библиотека поэта. Большая серия.). — 25 000 экз.
  • Белый А. Петербург / Издание подготовил Л. К. Долгополов; Отв. ред. акад. Д. С. Лихачев. — М.: Наука, 1981. — 696 с. — (Литературные памятники).

Стихи Андрея Белого

Источник: http://poetrysilver.ru/bio/140

Андрей Белый – Стихотворения

Здесь можно скачать бесплатно “Андрей Белый – Стихотворения” в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Поэзия, издательство Эксмо, год 2008.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание “Стихотворения” читать бесплатно онлайн.

Андрей Белый

Стихотворения

Посвящаю эту книгу дорогой матери

1

В золотистой дали облака, как рубины, — облака, как рубины, прошли, как тяжелые, красные льдины.

Но зеркальную гладь пелена из туманов закрыла, и душа неземную печать тех огней – сохранила.

И, закрытые тьмой, горизонтов сомкнулись объятья. Ты сказал: «Океан голубой еще с нами, о братья!»

Не бояся луны, прожигавшей туманные сети, улыбались – священной весны все задумчиво грустные дети.

Древний хаос, как встарь, в душу крался смятеньем неясным. И луна, как фонарь, озаряла нас отсветом красным.

Но ты руку воздел к небесам и тонул в ликовании мира. И заластился к нам голубеющий бархат эфира.

Апрель 1903Москва2

Огонечки небесных свечей снова борются с горестным мраком. И ручей чуть сверкает серебряным знаком.

О поэт – говори о неслышном полете столетий. Голубые восторги твои ловят дети.

Говори о безумье миров, завертевшихся в танцах, о смеющейся грусти веков, о пьянящих багрянцах.

Говори о полете столетий. Голубые восторги твои чутко слышат притихшие дети.

Май 1903Москва3

Поэт, – ты не понят людьми. В глазах не сияет беспечность. Глаза к небесам подними: с тобой бирюзовая Вечность.

С тобой, над тобою она, ласкает, целует беззвучно. Омыта лазурью, весна над ухом звенит однозвучно. С тобой, над тобою она. Ласкает, целует беззвучно.

Хоть те же всё люди кругом, ты – вечный, свободный, могучий. О, смейся и плачь: в голубом, как бисер, рассыпаны тучи.

Закат догорел полосой, огонь там для сердца не нужен: там матовой, узкой каймой протянута нитка жемчужин. Там матовой, узкой каймой протянута нитка жемчужин.

1903Москва 1

Золотея, эфир просветится и в восторге сгорит. А над морем садится ускользающий, солнечный щит.

И на море от солнца золотые дрожат языки. Всюду отблеск червонца среди всплесков тоски.

Встали груди утесов средь трепещущей, солнечной ткани. Солнце село. Рыданий полон крик альбатросов:

«Дети солнца, вновь холод бесстрастья! Закатилось оно — золотое, старинное счастье — золотое руно!»

Нет сиянья червонца. Меркнут светочи дня. Но везде вместо солнца ослепительный пурпур огня.

Апрель 1903Москва2

Пожаром склон неба объят… И вот аргонавты нам в рог отлетаний трубят… Внимайте, внимайте… Довольно страданий! Броню надевайте из солнечной ткани!

Зовет за собою старик аргонавт, взывает трубой золотою: «За солнцем, за солнцем, свободу любя, умчимся в эфир голубой!..»

Старик аргонавт призывает на солнечный пир, трубя в золотеющий мир.

Все небо в рубинах. Шар солнца почил. Все небо в рубинах над нами. На горных вершинах наш Арго, наш Арго, готовясь лететь, золотыми крылами забил.

Земля отлегает… Вино мировое пылает пожаром опять: то огненным шаром блистать выплывает руно золотое, искрясь.

И, блеском объятый, светило дневное, что факелом вновь зажжено, несясь, настигает наш Арго крылатый.

Опять настигает свое золотое руно…

Октябрь 1903Москва

Автору «Будем как Солнце»

Солнцем сердце зажжено. Солнце – к вечному стремительность. Солнце – вечное окно в золотую ослепительность.

Роза в золоте кудрей. Роза нежно колыхается. В розах золото лучей красным жаром разливается.

В сердце бедном много зла сожжено и перемолото. Наши души – зеркала, отражающие золото.

1903Серебряный Колодезь 1

Даль – без конца. Качается лениво, шумит овес. И сердце ждет опять нетерпеливо все тех же грез. В печали бледной, виннозолотистой, закрывшись тучей и окаймив дутой ее огнистой, сребристо жгучей, садится солнце красно-золотое… И вновь летит вдоль желтых нив волнение святое, овсом шумит: «Душа, смирись: средь пира золотого скончался день.

И на полях гуманного былого ложится тень. Уставший мир в покое засыпает, и впереди весны давно никто не ожидает. И ты не жди. Нет ничего… И ничего не будет… И ты умрешь… Исчезнет мир, и Бог его забудет. Чего ж ты ждешь?» В дали зеркальной, огненно-лучистой, закрывшись тучей и окаймив дугой ее огнистой, пунцово-жгучей, огромный шар, склонясь, горит над нивой багрянцем роз.

Ложится тень. Качается лениво, шумит овес.

Июль 1902Серебряный Колодезь2

Я шел домой согбенный и усталый, главу склонив. Я различал далекий, запоздалый родной призыв. Звучало мне: «Пройдет твоя кручина, умчится сном».

Я вдаль смотрел – тянулась паутина на голубом из золотых и лучезарных ниток… Звучало мне: «И времена свиваются, как свиток… И всё – во сне… Для чистых слез, для радости духовной, для бытия, мой падший сын, мой сын единокровный, зову тебя…» Так я стоял счастливый, безответный. Из пыльных туч над далью нив вознесся златосветный янтарный луч.

Июнь 1902Серебряный Колодезь3

Шатаясь, склоняется колос. Прохладой вечерней пахнёт. Вдали замирающий голос в безвременье грустно зовет.

Зовет он тревожно, невнятно туда, где воздушный чертог, а тучек скользящие пятна над нивой плывут на восток.

Закат полосою багряной бледнеет в дали за горой. Шумит в лучезарности пьяной вкруг нас океан золотой.

И мир, догорая, пирует, и мир славословит Отца, а ветер ласкает, целует. Целует меня без конца.

Март 1902Москва

Пожаром закат златомирный пылает, лучистой воздушностью мир пронизав, над нивою мирной кресты зажигает и дальние абрисы глав.

Порывом свободным воздушные ткани в пространствах лазурных влачася, шумят, обвив нас холодным атласом лобзаний, с востока на запад летят.

Горячее солнце – кольцо золотое — твой контур, вонзившийся в тучу, погас. Горячее солнце – кольцо золотое — ушло в неизвестность от нас.

Летим к горизонту: там занавес красный сквозит беззакатностыо вечного дня. Скорей к горизонту! Там занавес красный весь соткан из грез и огня.

1903 1

Пронизала вершины дерев желто-бархатным светом заря. И звучит этот вечный напев: «Объявись – зацелую тебя…»

Старина, в пламенеющий час обуявшая нас мировым, — старина, окружившая нас, водопадом летит голубым.

И веков струевой водопад, вечно грустной спадая волной, не замоет к былому возврат, навсегда засквозив стариной.

Песнь всё ту же поет старина, душит тем же восторгом нас мир. Точно выплеснут кубок вина, напоившего вечным эфир.

Обращенный лицом к старине, я склонился с мольбою за всех. Страстно тянутся ветви ко мне золотых, лучезарных дерев.

И сквозь вихрь непрерывных веков что-то снова коснулось меня, — тот же грустно задумчивый зов: «Объявись – зацелую тебя…»

2

Проповедуя скорый конец, я предстал, словно новый Христос, возложивши терновый венец, разукрашенный пламенем роз.

В небе гас золотистый пожар. Я смеялся фонарным огням. Запрудив вкруг меня тротуар, удивленно внимали речам.

Хохотали они надо мной, над безумно-смешным лжехристом. Капля крови огнистой слезой застывала, дрожа над челом.

Гром пролеток и крики, и стук, ход бесшумный резиновых шин… Липкой грязью окаченный вдруг, побледневший утих арлекин.

Яркогазовым залит лучом, я поник, зарыдав как дитя. Потащили в смирительный дом, погоняя пинками меня.

3

Я сижу под окном. Прижимаюсь к решетке, молясь. В голубом всё застыло, искрясь.

И звучит из дали: «Я так близко от вас, мои бедные дети земли, в золотой, янтареющий час…»

И под тусклым окном за решеткой тюрьмы ей машу колпаком: «Скоро, скоро увидимся мы…»

С лучезарных крестов нити золота тешат меня… Тот же грустно задумчивый зов: «Объявись – зацелую тебя…»

Полный радостных мук, утихает дурак. Тихо падает на пол из рук сумасшедший колпак.

Июнь 1903Серебряный Колодезь

Источник: https://www.libfox.ru/168611-andrey-belyy-stihotvoreniya.html

Ссылка на основную публикацию